15:32 

Еще 2 квенты...

"Просто мы на крыльях носим то, что носят на руках."
Тулкаиндо Айкор (Дэнна)
Отцовское имя – Тулкаиндо («Могучая Воля»), материнское имя – Айкор («Яростный»). Эпессэ - Фионэль («Ястреб», получено из-за острого взора и любви к охоте). Предпочитает всем именам материнское, эпессэ – только для близких друзей и семьи. Отцовское имя употребляет редко.
Родился я в Тирионе на Туне в 1200 году от сотворения Древ. На момент начала Исхода мне было 295 Валинорских лет. Родители мои - нолдор из числа тех, что последовали за Финвэ в Великом Походе. Отец – Раутандиль, был искуснейшим ювелиром и камнерезом. Много усилий приложил он, чтобы украсить тот город, что стал новым домом для народа нолдор в земле Амана, а мать – Лаурэлотэ, была ученицей Йаванны, и сады её были одними из прекраснейших в белокаменном граде. Но пути мои с родителями к тому времени, как непокой уже крепко поселился между домами нолдор сильно разошлись. Нет, вражда не легла между нами. Просто они не поняли, хотя и смогли принять душой, тот выбор, что свершил я… Потому и тяготы Исхода в нашей семье легли лишь на мои плечи, а мать с отцом предпочли остаться дома, ибо им непонятно было стремление идти обратно под Тень, откуда они с таким трудом пробирались к Свету края Валар. Семья… Ныне не родичи по крови, но братья по духу заменили мне её. Те, кто шёл за Пламенным… И лишь одно исключение оставалось для меня. (Имя будет чуть позже, в ближайшие дни, игрок ещё не придумал его), моя невеста… Ещё в детстве мы играли вместе, она была участницей всех моих детских забав и той, кому я мог доверить всё то, что лежало у меня на душе, все те, казавшиеся тогда, среди беспечности и спокойствия, среди вечности, ожидающей нас впереди, и благодатного безвременья, серьёзными и необычайно важными мысли, желания и мечты… Прекрасная, как морские воды в отражении лучей Тельпериона, быстрая, как лёгкий ветерок… То, что казалось лишь дружбой, со временем стало любовью. Мы обручились. Но когда Тень легла между домами Пламенного и его брата, мы оказались на разных сторонах.
Из всех принцев дома Финвэ меня всегда тянуло к его старшему сыну. Великий Мастер, непревзойдённый оратор, мудрый, справедливый, сильный… Он казался для меня неким идеалом, тем пределом, той высокой отметкой, до которой нужно расти самому. Потому и не оставлял я старшего сына нигде, всегда пытался хотя бы на немножечко окунуться вместе с ним в его мир, быть с ним, чтобы почерпнуть что-то из его Мастерства и знаний. И когда Феанаро был изгнан, я знал, не верил, но твёрдо знал, что Правда всё равно за ним! Ибо Феанаро Куруфинвэ прав всегда, а иначе… иначе просто не может быть, потому что не может быть так! А (имя будет позже) всегда была ближе спокойная мудрость дома Арафинвэ, а напору пламенного и его сыновей, она предпочитала рассудительное спокойствие Финдарато. Пока Феанаро не был изгнан, это не было препятствием между нами. Каждый стремился следовать за своим лордом, которые были и для неё и для меня некими идеалами, и каждый делился с другим всем тем, чему научился сам. Мы дополняли друг друга, и от того наш союз казался лишь более крепким и гармоничным. Но наша помолвка пришлась как раз на тот год, когда беда в виде неправедного гнева Валар пала на дом моего учителя и лорда, и я последовал за ним в Форменос. Тогда словно какая-то тень прошла меж нами, и хотя помолвка не была расторгнута, а чувства мои оставались прежними, всё же как будто бы что-то изменилось, причём изменилось незримо и неосязаемо.
В Форменосе все те, кто последовал за Феанаро стали единым кулаком, сплочённым братством. Мы все были чем-то похожи – гордые, вольные, полные сил и надежд, жаждущие узреть Смертные Земли, верящие своему князю и готовые идти за ним всюду и везде. Мы пошли за Феанаро не потому что он был сыном Финвэ и учителем многим из нас, а просто потому, что были уверенны, что он – прав. В него, пожалуй, мы верили даже больше, чем в самих себя.
Феанаро учил меня работать с металлом. Нет, я не стал великим мастером. На Его фоне все мы, кроме, может быть, Куруфинвэ Атаринке, казались лишь подмастерьями… Но когда князь объявил нам о том, что нужно ковать клинки и доспехи, я неистово принялся за работу, которая шла в кузницах денно и нощно, и из под моей руки выходили мечи, возможно, не самой тонкой и изысканной работы, нет, зато твёрдые и хорошо сбалансированные, те, которые лучше сгодятся для войны, а не для дружеских поединков, для боя, а не для танца с мечами. Так говорил мой лорд, и слова его до сих пор железом звучат в моих ушах. Вместе с Морьофинвэ – тем из сыновей Феанаро, который стал мне другом из-за нашей близости по духу, а дружбу Морьо завоевать было непросто, мы сковали много оружия и доспехов, а так как ещё в те времена, когда жил я в Тирионе, моей страстью была охота, я быстро научился хорошо владеть мечом и учил этому многих более молодых нолдор. Каждый миг мы ждали слов нашего князя, ждали, когда он скажет: «Пора!» И не думали мы о том, что в итоге всё сложится так, как сложилось оно в самом деле. Но мы не выбираем время, в оке приходится нам жить и не выбираем, тот ход, каким пойдут события. Мудрые говорят, что всё в воле Единого… Ну что же, возможно и на всё это была Его воля…
Когда Тьма пала на Валинор, когда король был убит, а Камни похищены, когда смятение, отчаяние и страх охватили всех, я был спокоен. Я уже знал, ЧТО мы будем делать. И слова моего князя были прочитаны мной в его сердце и поняты более чем хорошо, ещё задолго до той поры, пока он произнёс их. Я пошёл за своим государем. Ведь иначе и быть не могло, тем более тогда, когда за ним готовы были идти даже многие из тех, кто прежде осуждал его.
Альквалондэ… Жалею ли о содеянном? Нет! И не спрашивайте почему? Разве из рассказанного мною выше сложно это понять? И не надо меня жалеть, не надо упрекать. Ваши упрёки не заставят моё сердце содрогнуться, ведь я делал то, что ДОЛЖЕН был делать, я делал то, что делал мой князь. Князь, который прав всегда. Мы все делали это, и если кто и спросит с нас за то убийство, так только Владыка Судеб. А ваша жалость… Жалость вообще глупое чувство. Слабому она ни к чему, ему нужна не жалость а помощь. А жалеть сильного – просто глупое дело…И даже слова Намо о том горе, что ждёт нас всех впереди не могло устрашить меня. Ведь если я решился на что-то, то никто не свернёт меня с этого пути. Таковы все те, кто сковал свой дух заново в кузнях Форменоса.
Когда мы стали лагерем в Арамане и стали думать, что делать дальше, я вновь увидел её… Встреча эта была случайной. Я не посмел и мыслить о том, что она решится разделить судьбу изгнанников. Впервые я испугался… Я мог представить себе, какие трудности могут ожидать всех нас дальше и не хотел, чтобы хотя бы сотая доли из них пала на неё, твёрдую духом, но столь хрупкую телом… Всё то время, пока наш лагерь стоял на севере Амана, я находился рядом с ней, среди нолдор дома Арафинвэ, поглядывавших на меня косо. Но мне было всё равно… Тогда для меня перестали быть реальностью и кровь Альквалондэ, и проклятие Намо, и пламенные слова князя, и мои друзья, и тот рок, что ожидал нас впереди. Вновь во всём мире были лишь я и она…
И когда мой князь и мои друзья уплыли, забыв меня на берегу, я не придал значения этому. «Кораблей слишком мало, всем на них места не хватит всё равно, они переправятся и вернуться за нами, вот увидишь!», - говорил я своей melde. Но корабли не вернулись, а в скором времени мы увидели зарево пожара. Слухи о том, что Феанаро предал всех нас покатились волной среди стоявших на берегу нолдор. Но я не верил этому. Не мог верить, не верил и не верю до сих пор! «С князем что-то случилось… Враг напал на моих соратников и уничтожил наши корабли, а князь, его сыновья и дружина пали или находятся в большой беде. Поэтому мы должны идти, теперь ВЫ ВСЕ просто не можете не идти! Мы должны помочь нашим родичам или хотя бы отомстить за них! Иначе всё было напрасно, и не нолдор имя нам, но трусы и подлецы!» - так говорил я всем. И с радостью последовал за Нолофинвэ в поход по льдам. Потому что даже если бы второй сын Финвэ решил бы последовать примеру своего младшего брата и вернуться, я бы пошёл один. Бросился бы в море, дабы переплыть его, кинулся бы во льды, дабы в одиночку прошагать сотни лиг по снежной пустыне. Всё это было лучше, чем предать моего государя и его мечту! И на все слова, осуждающие и проклинающие Феанаро я отвечал лишь вспышкой своих серых глаз и жестом руки, ложащейся на эфес. Никто при мне не может осудить моего князя! А если он и вправду предатель… Ну что же, тогда, когда я буду знать это, я свершу суд над ним сам. Но подобная мысль настолько же глупа, как мысль о том, что не Моргот убил Финвэ, а тот сам бросился на меч. Феанаро не может предать, иначе бы он не был Феанаро…
Я долго уговаривал свою melde вернуться, хоть и знал, что теперь она не отступится уже точно. Мотивы её оставались для меня тайной, но то, что дух её по твёрдости не уступит моему, и что за внешней спокойной рассудительностью и хрупкостью скрывается твёрдый алмаз, мне было ясно всегда. В начале похода моё умение оказывать помощь при переломах и других травмах, полученное на охоте и тренировках с оружием, не пропало зря, а опыт, полученный мной в моих нескольких прежних путешествиях в Араман вместе с Феанаро или Морьофинвэ оказался просто неоценимым!


Ранвен Тауриэль (Тиндомерель, знакомая Денны)
Моя история?а надо ли её рассказывать?я не знаю,чем она закончится.То же,что было со мною прежде,теперь уже кажется таким далеким и произошедшим с кем-то иным. Белый город с зелеными садами;родители,которых я оставила в горе и гневе,уходя в этот поход..
Я будто родилась здесь,среди этих льдов,и иду по ним всю жизнь.
Мое имя - Ранвен. Вечный непокой-имя как судьба. Подумать только,мне казалось порой скучной наша жизнь в Благославенном краю,лишенной событий и изменений. Порой я даже мечтала когда-нибудь увидеть землю на востоке..Как же отличались те мечты от реальности!
Дочерью леса меня назвал meldo за любовь к олвар,творениям Кементари. Я и моя подруга Алдалин в детстве целыми днями пропадали в садах его матери,стараясь перенять хоть малую толику её знаний и умений.
Я не помню своей жизни без Айкора, и не смогла её вообразить,когда наш народ стал покидать свой Город. Я знала точно,он пойдет за своим Мастером, невзирая ни на что. Наша помолвка не была расторгнута,я не сомневалась,но ему и в голову не пришло бы остаться-пусть и ради меня…
Моя подруга,Алдалин,пошла вместе со мной. Причины,побудившие её,домашнюю и мечтательную,на этот шаг-для меня остались неизвестны,но порой мне казалось,что её мотивы сходны с моими.Ибо глазами,полными немого восхищения,глядела она на сына нашего лорда..
Однако,когда пришли мы на берег,в числе верных третьего дома, и узнали о содеянном ушедшими вперед – будто вновь погасли для меня Древа. Потому что уже поняла я,что Айкор был там, в этой резне. Не мог не быть.
До того все виделось мне как какое-то приключение,событие,пусть и горестное,но наконец нарушившее тишину, впереди лежали трудности и тревоги, но Мы – Нолдор – пострадали, Мы – имели право мстить, у нас всех был общий Враг, и великие Валар,конечно же,одумаются и благославят нас на этот поход,и,может статься,и сами окажут Нам помощь..И,конечно,мы сможем вернуться домой.
Словом, до этого Мы были Правы. теперь же… Теперь проклят не только Моргот, но и Феанаро, сотворивший зло здесь, на благой земле, не знавшей братоубийства. и мой meldo. и все мы.
После этого я не могла себя заставить искать встречи с Айкором. Последний отрезок пути я шла,погруженная в собственные мысли, порываясь повернуть назад. Уже ходили слухи, что наш лорд решил идти назад, оставив за старшего своего сына, и многие из нас, раскаявшись, хотели последовать за ним.
Тогда мы и встретились со своим нареченным вновь. Случайно. После того я уже не могла уйти – это было бы предательством.
Он сказал,что его лорд отправит за нами корабли. Но у меня уже не было веры в то… Сотворивший подобное – не остановится. Да,я не люблю его лорда. Я и не говорила, что люблю. Пусть он-великий мастер и великий вождь,но для меня он-тот,кто вверг наш народ в бездну горестей и бесчестия,с его гордыней,с его презрением к окружающим,с его умением завладеть умами, душами и жизнями идущих за ним, он никогда не станет мне истинным лордом. И чем более оправдывает и обеляет его Айкор, тем более я осуждаю его в сердце своем. Однако постоянно повторять все,что думаешь о том – значит,лишь усилить распрю, ибо многие мои друзья мыслят подобно. А я не хочу ссоры,особенно теперь, когда нервы у всех натянуты до предела,и достаточно одной искры, а Айкор-я знаю-бросится с мечом в руке защищать честь своего лорда,веря в его непогрешимость… Поэтому я молчу до поры.Пытаюсь молчать.. Если то,во что он заставил себя поверить,и пытается заставить верить окружающих-правда,то мы будем виновны перед лордом за наши помыслы..Если же нет – то пусть увидит всё сам.

Он пытался удержать меня от перехода. Но тогда я бы уже не отступилась.
Кто-то искал возвращения Света, а кого-то звала Земля… Я знаю, зачем иду я. Вернее,за кем.
Но одна надежда греет мою душу. Быть может, если мы победим Врага, Великие Валар…простят?

Комментарии
2010-01-24 в 16:42 

Из всех времен одно: сейчас. ©
Скажи Дэнне, что Фионэль - женское имя... :)

2010-01-25 в 20:04 

"Просто мы на крыльях носим то, что носят на руках."
Нинквэнаро я уже... оно не сурово женское, оно просто больше похоже на женское, чем на мужское.
зато ты запомнишь :)

   

Три дома

главная